О НИЧТОЖНЫХ МУЖЬЯХ И НЕСЧАСТНЫХ ЖЕНАХ

Рождественские праздники. А мы живем обычной жизнью. Когда нас спрашивают, как мы встретили Новый год, пожимаем плечами.

У нас свои праздники. Вернее, каждый день — праздник. Каждый день — праздничная одежда (обдуманная, значит, красивая), каждый день — праздничная еда (тоже обдуманная). Сегодня я ем мандарины и семечки. Вчера тоже ела мандарины и семечки. В качестве разврата — кофе и кусочек шоколада с утра. И я затрудняюсь, чем себя угостить таким праздничным…

За эту неделю посмотрела два одинаковых фильма о современной русской жизни. В обоих фильмах героини (Марина Неелова и Вера Глаголева) кричат своим мужьям, слово в слово: «Посмотри на меня! Мне сорок лет! А у меня ничего нет! Ты ничтожество! Не могу так дальше! Не могу!»

У обеих благоустроенные квартиры с телефонами. Одной не хватает комнаты, другой — тахты в комнате сына. Ну и конечно, нарядов. И обе гонят своих «ничтожных» мужей просить и брать. Мужья идут просить и брать, а по дороге на них накидываются другие женщины — веселые и красивые, значит. Жизнь рушится.

Мне всегда хочется спросить таких «несчастных» женщин: а кто ты такая, чтобы у тебя все было? Да еще в центре столицы?

Талант женщины — чувствовать, где счастье, сдерживать мужа от излишнего геройства, карьеризма, звездности. Женщина говорит своему мужчине: а зачем тебе это? Мы и так редко вместе.

Что для меня счастье? Я счастлива, если мои любимые люди улыбаются мне утром, днем, вечером.

Уверена, что в этом я совсем не оригинальна, со мной согласится каждая нормальная женщина

Но иногда нормальная женщина делается ненормальной (На день или навсегда). Что с ней?

Она начиталась, насмотрелась или наговорилась. Ну, вдобавок устала или заболела. И взбесилась.

Цитата из фильма:

«Он: — Ты устала.

Она: — Конечно! Я перла елку с базара!

Он: — Можно было обойтись и без елки…

Она: — Как это без елки? В Новый год!»

Конечно, виноват муж! Должна быть машина, чтобы ездить за елкой! Жизнь проходит, и она не получит никогда того, что есть у каждой героини сериала в телевизоре и появилось у подруги. Как тут не взбеситься!

Потом взбешенная женщина надевает купальник, делает изгиб перед зеркалом, убеждается, что она ничем не страшнее той, в телевизоре… Кто виноват? Жизнь! Что делать? Гнать мужа за добычей.

Я бы тоже не отказалась от добычи…

И тоже иногда думаю, что достойна мыть посуду не в тазу. А после холодного автобуса для меня не роскошь погреться в ванне, которая почти с рождения есть почти у всех.

Знаю, что если бы погнала мужа добывать мне удобства, то удобства у меня были бы. Бассейн с подогревом! Но не было бы мужа, который улыбается мне утром, днем и вечером. Был бы недоспавший, рявкающий, больной. Это у меня. А у других в дополнение к этому — пьющий и изменяющий.

Если сказать совсем простенько, счастье — это хорошее настроение. А путь к счастью — это узнавание себя: от чего у тебя портится настроение, от чего улучшается. Узнавание себя должно быть главным предметом в школе.

Вы нашли человека, с которым хорошо, — зачем его гнать куда-то?.. Что случается с женщиной, которая до свадьбы любила Его, а после свадьбы начинает страстно любить Себя? Объяснение только одно: Его она и не любила.

Любого человека — уверена — раздражает, когда его гонят работать. Поэтому мы работаем только тогда, когда хочется, и гоним друг друга отдыхать.

Когда я читаю интервью или дневники известнейших людей мира, то отмечаю: многие мечтают работать только тогда, когда хочется. А мы так живем уже несколько лет! Может, поэтому и работать хочется.

Сейчас слышала по телевизору, кто-то из наших сатириков сказал: «Я так ждал пенсии… Если бы не надо было зарабатывать, я бы мог созерцать, записывать, как Монтень, думать о жизни».

Но ведь думать о жизни — это жить! Если не осознаешь, не ощущаешь, как идет жизнь… она безвкусна, как проглоченный кусок. А разговор о жизни — это не просто удовольствие, не просто жевание, это десерт, это наслаждение!

Самое мучительное для нас — если нельзя тут же обсудить друг с другом какую-то новость. Мы можем обсуждать пять часов пятиминутный с кем-то разговор. Это стоит любого ковра на полу, пусть хоть по колено в нем утопает нога! (Вспомнила слова знакомой, которая мечтала в присутствии своего «ничтожества», не желающего увозить ее в Израиль: «Хочу вставать с кресла и чтобы нога утопала в ковре»).

Еще про «просить и брать».

Нам часто говорят: вы общаетесь с такими людьми, и ничего у вас нет. Неужели вам не дадут?

Наверно, дадут. И мы надеялись, что нас позовут и дадут. Но когда это стало случаться, оказалось, что брать-то мы и не можем! Не можем представить себя с лицом людей, которым дают. У нас что, рук нет? Голов? Мы заработаем!

Однажды мэр Ишима рассказал нам, что пришел к нему в кабинет рабочий с обвинениями: «Как мне жить? У меня есть только мои руки!»

А голова где? Ты же человек, а не лошадь! Подумай головой, что твои руки могут сделать полезного людям.

Даже в нашем маленьком Большом Тараскуле — поселочке — не выходя из дому можно найти себе бизнес: наладить обмен книгами, другим чтивом, вещами, обувью. У каждого бедняка дома куча ненужного (для кого-то богатства).

У творческих людей (они любят писать об этом в газеты!) есть позиция: мне должны!

А как определить, сколько должны? И кому?

Довод «творца»: я полезен народу, я нужен, я спаситель нации…

Если ты нужен народу, народ твое «творчество» купит. Если не покупает, подумай почему. Чем ты можешь быть еще полезнее?

Да, была однажды выходка: Лёня снял ботинок, поставил на стол, просунул в него руку и высунул в дырку палец. Это было в Тюменском обкоме комсомола, сидели руководители Центра реализации молодежных идей и говорили, что не дадут нам заработанные нами деньги. Мы вели литературное объединение, и кому-то оно не понравилось. Но речь шла о заработанном!

Кстати, мы стараемся не просто отработать, но отдать больше, чем взяли. Найдутся люди, которые скажут: «Мы этим писателям дали много, а они нам чуть-чуть». Но это уже вопрос цены: кто как оценивает свое время, свое имя. Сколько стоит один хороший совет?..

Еще важно — чьи деньги. Свои деньги в нас вкладывал только один человек, издатель третьей книги. Сейчас, по законам внешнего мира, после всех операций с книгами, — он нам должен. А по законам нашим, внутренним, — он нам не должен. Его деньги стоили дороже наших.

А-а, скажут: значит, могут себе позволить. Не брать. Не унижаться. За спиной кто-то есть.

Нет! За нашими спинами много лет не было и нет ни богатых родителей, ни профсоюза, ни больничных, ни отпускных, ни страховок, ни просто коллектива, союза, партии… Но зато какие у нас спины! (Именно на своих горбах мы перетаскали тридцать грузовиков песка и засыпали болото вокруг своего дома за одну весну.)

Да, бывает. Бывает, мы смотрим друг на друга и говорим: брать и просить унизительно; а разве не унизительно жить, как крестьяне прошлого века? Полдня тратить на бытовые хлопоты? Ведром носить, ведром выносить…

А потом выходим на улицу и завидуем сами себе: наш лес, наше озеро, наш воздух! И все это бесплатно! Да мы… миллионеры!

И еще. Удовольствия бывают не только материальные. Разве это не удовольствие — встречаться с губернатором области, зная, что ты ничего не будешь просить и брать?

Иногда нам говорят с подтекстом: как-то вы умеете… Ловкие, мол, хитрые. Да, хитрые. Наша хитрость в том, чтобы не хитрить.

Пока я пишу это, муж мой, неугомонный Леонид, растапливает печку. Обычно мы пользуемся масляными радиаторами, очень удобно, хоть и дорого. А сегодня утром за тридцать градусов, и жить зябко. Я долго уговаривала Лёню одеться потеплее и не связываться с этой печкой, но… Слышу, как романтично трещат дрова, как фу-у-укает мой мужчина, заходя с дровами с мороза.

Так и живем. Убого? Роскошно?

8 января 1996

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", Вы даете согласие на обработку своих персональных данных. Прежде чем отправить свои данные, ознакомьтесь с нашей политикой конфиденциальности.